?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry

 7. Нечто вроде эпилога, отложенное свадебное путешествие
Через год после свадьбы и защиты дипломов мы отправились в отложенное путешествие "на" или как сейчас принято "в" Украину, в Кировоград, к родителям жены. Судя по сегодняшней информации, вспышки холеры по городам Союза были и в 1971 году, но власть обошлась локальными мерами без их карантинного закрытия. А народ после прошлого лета как сорвался с цепи и поехал отдыхать на Юга, в Крым, Одессу, поэтому на переполненном харьковском вокзале обреталась масса отдыхающих, боровшихся с кассирами и друг с другом за место на вагонной полке. Благо, что жена, зная о намечаемых трудностях, у поездного кассира перед Харьковым, и, несмотря на мои глуповатые возражения, выправила билеты до Кировограда на боковые полки. Не надо было биться в кассах, а в полученное свободное время жена устроила мне экскурсию по улицам и паркам бывшей украинской столицы. Приехали мы в Кировоград без предупреждения, без, телеграмм, без телефонного звонка, никто нас не встречал. Поэтому мы не знали и не ведали, что с городским транспортом в этот день происходили какие-то непонятки. Когда мы засомневались и спросили, правильно ли мы едем в Черемушки, тогда все, без исключения, пассажиры сначала принялись расспрашивать, кто мы такие, зачем приехали, а потом стали рассказывать нам, как правильно добираться и что нам нужно делать. Мне показалось, что нахожусь я на специально поставленном спектакле, а вокруг идет театральное действо, потому что, не обращая внимания уже на нас, кировоградский народ потом начал спорить друг с другом, доказывая преимущество лично своего видения, как и на каком транспорте необходимо перемещаться. Я в первый раз услыхал такие разговоры, которые шли на русском языке, но со значительными украинскими оттенками, попадались и одесские нотки подобные "бабелевскому" языку. Сегодня идут ремонтные работы, рассказывали кировоградцы, и что необходимо пересесть на автобус, а в нем было то же самое действо и все очень участливо объясняли, где необходимо выходить и в какую надо сторону идти, и даже помогали выносить из автобусной тесноты багаж, сообщив и показав при этом знаковые ориентиры. У нас бы такого внимания мы бы никогда не получили, о чем убедительно мне сказала жена, так как находишься ты на украинской земле, а на ней отношение к людям в ту пору было несколько иное. Несколько позже я тоже был в толпе, но уже болельщиков за свою кровную местную "Зирку", которые с большим воодушевлением и очень добродушно, с криком украинской души, подсказывали игрокам - в какую сторону надо бежать, кого валить, где мяч и как по нему правильно бить, или головой или ногой. Сидели мы тогда на деревянной скамеечке еще старого стадиона вместе с братом жены Ленькой, только что вернувшимся из армии, который комментировал события и игроков, а соседи по скамейке помогали ему в этом. Самым примечательным было то, что практически все присутствующие на стадионе грызли семечки. Забавно было смотреть на противоположную трибуну: самого человека было не видно, а только сплошное хаотичное движение рук. Они двигались на автоматизме, отправляли зерно в рот, а шелуха сама падала на землю в образовавшуюся горку. При этом глаза каждого болельщика неотступно следили за перемещениями игроков, а рот временами открывался для выкрика замечания или одобрения. Наверно, шелуха в украинском климате быстро перегнивала, не думаю, что там сильно подметали и убирали мусор. Хотя, город был тогда удивительно чист, а на автобусных и троллейбусных остановках висели таблички, указывающие на ту или иную организацию или завод для четкого присмотра и наведения порядка на этом закрепленном месте.
Приезд наш вызвал нескончаемый фурор, потому что со следующего дня повалили толпами ближайшие и дальние родственники со всех сторон генеалогического дерева жены, скорее всего шумноватого леса, в ветвях которого я постоянно разбираюсь и до сегодняшнего дня. Каждый приход отдельной группы обязательно сопровождался различными душещипательными историями, например по типу "Кушай, Марик, кушай" про бедного голодного одного из родственников, или другой, не менее интересной, в которой теща всегда участливо охала и призывала своего отца, деда жены, откомментировать то ли, иное событие. Дед Аврум односложно отвечал, поглаживая пальцами рук свои длинные усы, которые носил еще с 1-ой Мировой, или молчал, предаваясь своим далеким воспоминаниям. Может быть, он думал о Новоукраинке, где он прожил всю жизнь в маленьком домике со своей женой, ушедшей из жизни, о лошадке с телегой, на которых он развозил продукты по городу, о соседях с которыми всегда поддерживал добрые отношения или еще о многом, и непостижимом для нас. Сейчас уже, рассматривая фотографии тех прошлых лет, вспоминаешь те события, игру в шашки с дедом, посиделки на балконе и вид улыбающейся жены, обнимающей своего любимого деда. Вечером приходил усталый отчим с работы, из типографии, рассказывая, что он видел за день, что продается в магазинах, и что - почем, и куда нам необходимо еще сходить, кого посетить или что увидеть, или приносил в дом какую-нибудь забавную безделицу, за покупку которой получал приличный нагоняй. Магазины в Кировограде были не в пример нашим, на полках лежало то, о чем мы стали уже забывать. Например, продавалось более 60-ти видов различных мясных изделий, висело столько копченостей, что дух захватывало у нас, была даже какая-то с "зеленцой" колбаса за 10 рублей, о которой теща моя запрещала даже думать, не то, что покупать. Потом, значительно позже, когда весь этот ассортимент пропал из виду и на Украине тоже, осталось только два-три вида, оказалось, что это специальный продукт, который выполнялся по оригинальному рецепту, и подкалывая тещу, я всегда корил ее, что она не позволила нам попробовать этот "зеленец". Было там еще много обуви, которую мы в течение двадцати лет, возили с Украины, возвращаясь из отпусков. Помнится, как гордые жители Украины всегда говаривали, что они кормят не только себя, но и всю Россию. Потом, гораздо позднее, время расставило все по местам, а в Украине тогда все с большим удовольствием пользовались благами социалистического планирования и мудрой национальной политикой коммунистических руководителей. Хотя, тогда было тоже много проблем, особенно с водой, которую подавали в определенные часы. Не было почему-то у них кур в магазинах, поэтому теща всегда брала меня на базар, где выбирала живых экземпляров, очень внимательно рассматривала каждую птицу, брала ее на руки, вертела ее, а затем дула в ее перьевую "жопку", приговаривая, чтобы я тоже туда посмотрел и увидел желтизну птичьей жирности. Это сейчас она в "Альцгеймере", а тогда всегда и всем рассказывала и на "публику" тоже, что очень любит своего зятя и гораздо сильнее дочери, поэтому и брала его на базар, чтобы на месте он увидел ее любовь в правильном подходе к выбору правильного продукта, в данном случае самой лучшей на базаре птички. Потом дед отрубал ей голову, а теща вытаскивала перышки согласно существующему порядку, а далее в течение долгого времени варился неостывающий бульон из-за огромного жирного слоя, который наливался мне первому в тарелку как самому важному гостю и члену семьи.
Ленька пропадал с друзьями, занимался различными девушками, готовился к последующей учебе, длинногая сестра Милка общалась с девчонками своего уровня, а мы вдвоем обследовали улицы Пушкина, Ленина, район "5-5", городской сад и прочие достопримечательности и не чурались универмагов и прочих магазинов, в которых нам, как для молодой семьи уже было что-то надо. Особенно для жены были приятны путешествия по узкой, затемненной улочке Пушкина, с обеих сторон которой располагались старинные, в основном, одноэтажные дома, где было очень тихо и спокойно, где была их старая сырая, полуподвальная квартира, в которой невозможно было наклеивать обои, а только их прикалывать к стене странным образом. Часто совершали прогулки по набережной заболоченного Ингула, из тины которого доносились квакающие звуки лягушек. Не знаю, чем они там питались, да и комары здешние были не в пример нашим волжским "зверям" с угрожающим видом и громким звуком вечерней сирены. Ингульские комары настолько казались хилыми и тщедушными, что их практически не было видно, а от их слабосилости они даже не могли подать нормального голоса, а самое главное – не кусались. Жена моя до Волгограда вообще не имела такого понятия как "комар" или более страшного как "мошка". А вот украинские хлопцы в отличие от украинских комаров были совсем другими. Вечером мы посещали местный "Бродвей", по которому фланировала молодежь, парни все и как на подбор были достойного телосложения, а их "мордатость" никоим образом не шла в сравнение с нашими мелкими российскими парнями. Воспитанные они были тогда на хлебном украинском сале, борще, галушках с варениками и не чурались они также хлебного, деревенского самогона. Как-то раз теща привезла к нам, в Волгоград, в подарок, аж три бутылки настоящего хлебного, "из Гладосс" самогона, а после того как мы испробовали радостный напиток, нашу мужскую компанию достаточно сильно развезло. Поэтому жена запретила больше его привозить, мотивируя тем, что такие напитки не подходит нам, слабым, российским ребятам, нет в нас такой силы и уверенности как у украинских парубков. Не было с нами тогда и украинской колбасы и того деревенского сала, которые впервые в Кировограде я попробовал у одной из подружек жены со "специфическим " вкусом недавно зарезанного кабанчика, вскормленного, как сейчас принято говорить, на чисто экологическом корме.
Судя по сегодняшним видам Кировограда, там произошла масса изменений, преобразился сам город, устроена набережная, почищен Ингул. Боюсь, что, наверно, вместе с этим пропала и тщедушность комаров, а неповторимость украинских хлопцев, одних, стремящихся на запад, и других, попадающих на восток вплоть до ближнего, переросла в нечто другое. Но, это уже отдельный и специальный разговор.
Посетили мы и малую родину жены, Новоукраинку, поклонясь могиле ее бабушки, поговорив со старыми ее соседями. Увидел я городок ее детства, дом, в котором она жила с дедом и бабушкой, каменистые улицы, по которым каталась на велосипеде, падая на гранит, добываемый поблизости в карьере, речку Черный Ташлык, в которой она купалась с братом, и где они нахватались разной дряни, после чего получили заслуженную взбучку. Переночевали мы у колоритной тети Дуси, которая накормила нас таким борщом на сыворотке, вкуса которого я отродясь не пробовал. Купил я тогда бутылку болгарской "Медвежьей крови", которой у нас невозможно было достать. Пришел с работы её муж - дядя Сеня, шофёр местной автоколонны, взращённый на местном самогоне. Он, чуточку пригубив этой "крови" за общим ужином, отметил ее вкус, сказав: - "Якэ воно кыслэ"!
Завершалось наше путешествие, когда именно вдвоем и первый раз мы отправились, как казалось, нам в романтический путь. Никаких осложнений в этом мы не видели и в том, что жена моя, как-будто, возвращалась к себе в старый дом, но совершенно в новом качестве, она приехала не одна, а с мужем. И все это определяло полную нашу уверенность во всем. Нет, не могли мы поехать куда угодно, не могли. Вот поэтому и выбрали Кировоград местом нашего времяпровождения, где до позднего утра валялись, наслаждаясь друг другом, на широкой родительской кровати не в пример нашему узкому свадебному диванчику. Будила нас горлица, с одной стороны неприятным, но с другой – очень примечательным и любовным криком "Иги-и-гей". Таких диких голубей-горлиц не было в ту пору у нас, в Волгограде потом они прилетали, тоже так же кричали, сидя на пирамидальных тополях, а сейчас их почему-то не видно, то ли климат наш сухой им не понравился, то ли улетели туда, где они нужнее. А мы с женой греха не таим и яростно надеемся, что посетят эти "Игигии" и то место, где сейчас живет наш сыночек, и принесут ему такое счастье, как нам. Благо и климат там мокрее, а к птицам и зверям там отношение полюбезнее, да и к людям тоже.
Вот так прошло наше отложенное свадебное путешествие, а вместе с ним и наши "чумовые" дни, а впереди были уже видны новые трудности и радости, и, несомненно, связанные с продолжением совместной жизни, с рождением и воспитанием нашего сына.

Примечание для интересующихся людей
1.Холера в Одессе или красные непобедимы ,Александр Бирштейн,
Комсомольская правда в Одессе, 3-9 февраля 2006, стр. 25,
http://www.odessitclub.org/reading_room/birshtein/cholera.htm
2.Пир в Одессе после холеры, А.Рекемчук, http://www.gramotey.com/?open_file=1269089283
3.Холера в Одессе, Константин Беляев, http://www.shansonprofi.ru/person/belyaev/lyrics/belyaev_holera_v_odesse_.html,
4.Холера в Одессе, газета Порто-Франко, Номер 31 (102708.2010), http://4friends.od.ua/~porto-fr/index.php?art_num=art017&year=2010&nnumb=31
5.Пир во время холеры, А.Розенбойм, http://www.vestnik.com/issues/2004/0107/win/rozenboym.htm
6.Лето, которое потрясло регион, Астраханские новости, http://www.ast-news.ru/node/2910
7. Холера в Астраханской области, форум, http://meteocenter.net/meteoclub/index.php?action=vthread&forum=5&topic=409


Comments

( 1 comment — Leave a comment )
(no subject) - fevronia62674 - Dec. 21st, 2016 07:44 am (UTC) - Expand
( 1 comment — Leave a comment )